Мультимедийная журналистика — это больше, чем «работать на сайте»

Если редакция не знает, зачем ей идти в мультимедийность, то лучше пока не начинать

Мультимедийная журналистика — это определенный способ представления журналистского материала. Это медиапродукт, который посвящен одной теме и сочетает в себе несколько форматов — фото, видео, текст, инфографика, интерактив. Комбинации форматов могут быть разные, но у этого материала всегда есть общий смысл, цель, тема, идея, проблема. Мультимедийная журналистика в этом понимании встает в один ряд с телевизионной, радио, газетной журналистикой.

Интервью для журнала медиафорума «Байкальская пресса — 2013»

Оксана Силантьева

Оксана Силантьева

основатель Silamedia

В большинстве своем под термином «мультимедийный журналист» понимается человек, который способен сделать материалы в газету, на сайт, снять видеоролик и прочее. Но, судя по вашим интервью, вы закладываете другой смысл в мультимедийную журналистику. Какой?

Это — другой способ подачи информации, другой способ творческого мышления. Как телевизионщик отличается повышенной чувствительностью к хорошему кадру и движению, как радийщик улавливает “правильные” звуки и полутона интершума, как “текстовик” владеет печатным словом, так мультимедийщик отличается умением комбинировать.

В мультимедийной журналистике есть разные специализации, в том числе и та, которая стала популярным образом — мобильный журналист с мультимедийным рюкзаком. Человек, владеющий и словом, и картинкой, и интерактивом. Да, такие есть. Но это — одна из специализаций, ею мультимедийная журналистика не исчерпывается.

В отличие от распространенного мнения, мультимедийная журналистика — это не дело одиночек. Это — командная работа, причем высококвалифицированная. Есть мультимедийные журналисты, есть одномедийные. И это нормально. Совершенно необязательно всех в редакции переучивать на “рюкзачников”.

Дальше встает вопрос грамотного менеджмента — как увязать множество разнообразных бизнес-процессов в редакции, чтобы медиапродукты были экономически эффективны, интересны аудитории, а работа в редакции не приводила к перегрузу и нервным срывам. Сейчас уже есть наработанные схемы, алгоритмы, по которым можно проводить аудит работы редакций и принимать решения, какие изменения нужно внести. Но это не задача журналистов. Это задача медиаменеджеров.

Таким образом, я бы разделила три понятия, которые обчно смешивают. Во-первых, мультимедийная журналистика — это определенный способ представления журналистских материалов. Она не равна газетному тексту, в который на сайте врезали телевизионный сюжет. Во-вторых, мультимедийный журналист — это не только и не столько человек, который может писать, снимать и монтировать. Это человек, который умеет мультимедийно думать, который может взять на себя разные роли в команде создателей мультимедийных проектов. В-третьих, мультимедийная редакция состоит из множества разнообразных специалистов, и не все из них есть или должны быть мультимедийными журналистами.

Кто вы в мультимедийной редакции?

Пройти тест

Есть российские проекты, которые сделаны не хуже, а иногда и лучше многих западных. Мы редко попадаем в мировые рейтинги и обзоры исключительно потому, что наши материалы написаны на русском. Международные жюри редко по своей инициативе смотрят на неанглоязычные проекты. Но инфографиков наших, например, на Западе знают.

Мультимедийная журналистика — дело достаточно дорогое. И с точки зрения стоимости квалифицированного труда, и с точки зрения организации процесса. Поэтому далеко не все редакции готовы выделять ресурсы на развитие в своих недрах мультимедийных команд. К тому же мультимедийные проекты совершенно необязательно прибыльны, совершенно необязательно имеют высокую посещаемость. И это тоже останавливает многие редакции.

Те, кто на эту тропинку встал, столкнулись с массой вопросов, на которые подчас нет готового ответа — отрасль очень молодая, опыта наработано не так много.  Это еще сокращает количество экспериментаторов.

Поэтому, отвечая на ваш вопрос, стоит сказать, что мультимедийная дорога — не для всех. И это нормально. Если редакция не знает, зачем ей идти в мультимедийность, то лучше пока не начинать. С грустью смотрю на редакции, руководители которых говорят: “Всё, через две недели начинаем работать как мультимедийная редакция. Все должны будут плюсом к текстам приносить фото и монтировать видео”. И журналисты здесь не виноваты. Виноват менеджер, который не вник, не продумал, не подготовил, не распланировал переход.

Техника давно уже не проблема. И даже журналистов, которые хотят делать мультимедийные проекты, сегодня найти или выучить гораздо проще, чем 4 года назад. Вот с чем сейчас действительно трудно — это с неким ощутимым количеством менеджеров мультимедийных редакций. Организаторов процесса, понимающих, как работают мультимедийные проекты и как собирать для их создания творческие команды.

Исходя из вашей практики, как мультимедийная журналистика приживается в России? Что тормозит ее развитие: техническая сторона или человеческий фактор?

Конвергентная редакция в районных СМИ — это утопия или завтрашний день?

Я знаю примеры, когда это — сегодняшний день. Таких примеров немного, но они есть. Это не вопрос веры — возможно это или нет. Это вопрос практики, экспериментов и анализа сделанного. Я даже далека от мысли, что всем районным СМИ нужны сайты. Потому что запустить вменяемый сайт не дешевле, чем запустить новую газету или районное телевидение.

Внешняя простота — студент нам сваяет сайтик за 6 тысяч рублей, а мы потом туда будем наши газетные материалы выкладывать — плохо сказалась как на самой идее интегрированных редакций, так и на практике. Когда редакция не понимает, зачем она делает сайт, она делает плохой продукт. А таскать на себе обузу, которую не любишь, не ценишь, в развитии которой не заинтересован, никому не хочется.

Автоматически свой негатив журналисты транслируют на сам мультимедийный подход и говорят: “Пробовали мы вашу мультимедийную редакцию. В два раза больше работы за те же деньги. Не хотим.” Но ведь это неправда. Никакого отношения “двойной оброк” к мультимедийной редакции не имеет. И мы опять возвращаемся к вопросу о недостатке менеджерских знаний в этой области.

Есть уже вполне понятный и четкий список вопросов, который должны задать себе редакторы СМИ, задумывающихся о переходе на мультимедийную редакцию. Если на все эти вопросы ответить “да”, можно начинать плавный переход. Я не знаю редакций, у которых этот путь перехода занял бы меньше двух лет. Вне зависимости от крупности СМИ. Два года системной методичной работы по перестройке работы редакции, переобучению сотрудников, экспериментам и анализу результатов.

Срок в два года обусловлен и психологией людей, их способностью к адаптации и изменению своих профессиональных привычек. Так что каждая редакция решает сама — поверить в утопию интегрированных редакций, проверить мультимедийных подход на себе или следовать своей собственной стратегии, которая совершенно необязательно должна быть мультимедийной.

Проблема, безусловно, существует. И о недоверии к журналистам гораздо больше говорят не внутри профессиональной среды, а как раз за ее пределами.

Масса журналистов “вложилась” в наш теперешний имидж. Своей небрежностью по отношению к фактам, отсутствием принципиальной позиции по важным для сообщества темам, перепечатыванием пресс-релизов. Здесь “постарались” все — и федеральные, и региональные, и районные СМИ. У каждого есть скелетик в шкафу, который портит доверие к журналистике в целом.

Основная проблема, которую я вижу сейчас, — это распространение “телефонной”, “пресс-релизной” и “копипастной” журналистики. Когда из СМИ выхолащиваются живые истории, реальные проблемы, а читателя накрывает волна сухих сообщений ни о чем. Журналисты часто в погоне за мифическими ценностями — кликами, рейтингами, наполнением полос — забывают о живых людях, которые нас читают и смотрят.

Мы уверены, что знаем, что должно быть первой новостью, но забываем хотя бы иногда спрашивать наших читателей, что их по-настоящему волнует. Мы заняты переписыванием новостей, “ведь наши конкуренты про это уже написали” вместо того, чтобы поискать жизненные истории и разобраться в проблемах, которые вызовут живой отклик и дискуссию.

Эти проблемы существуют вне зависимости от того, федеральное это СМИ или районное. Есть хорошие примеры на разных уровнях. Но эти хорошие примеры взаимодействия со своими читателями — это исключения, уникальные кейсы, а не естественная, регулярная практика наших журналистов.

И не стоит думать, что на Западе или Востоке по-другому. Кризис доверия к профессиональной журналистике развивается сейчас по всему миру. Но от нас зависит, как мы будем себя в этой ситуации вести. Обвинять кого-то в недоверии к нам или своими поступками формировать другое к себе отношение. Это сложно.

Как сложно заслужить уважение одному человеку, так и редакции это сделать сложно. Не лгать в историях, которые публикуешь, не лгать в редакторских колонках, признавать свои ошибки, спрашивать совета у читателей и приглашать их на дискуссии, не бросать начатые истории, не выдергивать слова героев материалов из контекста, открыто заявлять о своей позиции и выполнять обещания. При этом, как и в случае с отдельным человеком, зарабатывается доверие и авторитет трудно, а теряется очень быстро.

Довольно часто приходится в журналистской среде, что падает доверие к нашему брату со стороны читателей, зрителей, слушателей. В чем вы видите проблемы взаимодействия СМИ и аудитории? Какое решение проблемы вы видите?

Как вы относитесь к таким прогнозам, что «Интернет или блогеры убьют журналистику»? И как относитесь к прогнозам, что традиционные СМИ скоро умрут?

В этом случае принято цитировать фильм “Москва слезам не верит”. Помните эпизод про “скоро останется одно телевидение”? Что такое Интернет? Это провода, которые соединяют массу компьютеров в сеть. Каким образом провода могут убить журналистику? Блогеры — это люди, которые ведут в интернете свои дневники. Как дневниковые записи могут убить журналистику?

Я достаточно просто провожу водораздел между журналистами и блогерами. Журналисты с предсказуемой регулярностью публикуют то, что важно и интересно их аудитории, блогеры с той регулярностью, которая удобна им самим, пишут о том, что волнует их самих. Проблема заключается в том, что многие блогеры оказались гораздо более чувствительны к проблемам своих читателей, чем журналисты. Они порой гибче, быстрее реагируют на комментарии, готовы общаться со своими читателями. Тем самым зарабатывая доверие аудитории.

Журналисты же, подчас игнорируя свою аудиторию, продолжали писать совсем не о том, что на самом деле волнует людей. За это и поплатились. Достаточно быстро внимание пользователей переключилось на более живые истории, более яркие тексты, более оперативные репортажи с мест событий. Блогеры всего лишь заполнили вакуум, дали читателям то, чего они не находили у журналистов. Так сформировалась прослойка популярных блогеров. У которых есть своя позиция, свой авторский взгляд, свои темы. И как журналисты отреагировали на это явление? Они стали искать более живые истории, вести более оперативные репортажи? Стали учиться писать яркие тексты? В большинстве своем нет. Они обиделись. И стали активно муссировать тему “Блогеры убивают журналистику”.

Но ведь у обычного человека несколько источников информации. Журналист не обладает монопольным право сообщать что-то аудитории. Можно читать и блогера, и журналиста. Блогеры создали журналистам конкурентную среду. И здесь очень быстро стало видно, какую стратегию каждая конкретная редакция в этом состязании за внимание читателя выбрала. Кто-то предложил блогерам партнерство и сделал их авторские колонки частью своих изданий. Кто-то стал собирать информацию от разных блогеров, профессионально структурировать ее, проверять факты и добавлять к оперативности блогеров журналистскую аналитику. Кто-то использует блогеров в качестве “свежих голов” при разработке тем номера и спецпроектов. Кто-то делает обзоры блогерской активности. А кто-то ничего не делает, но много говорит о том, что блогеры убивают журналистику.

Журналистика как сфера в этой конкурентной среде выживет. Но это не значит, что автоматически выживут все сегодняшние СМИ. Принадлежность к журналисткому цеху ничего не гарантирует. Деньги, тираж, доверие читателей придется зарабатывать каждый день.  Все дело в конкретных людях. В конкретных редакторах, журналистах, блогерах, читателях. Не существует универсальной формулы или технологии, которая по мановению волшебной палочки создала бы сообщество вокруг СМИ, подняла бы уровень доверия к журналистам, создала бы новые источники дохода для редакции.

Все успешные истории, которые мы знаем, это результат работы конкретных людей. Которые думали, пробовали, советовались, учились, обсуждали, расстраивались, пробовали снова, радовались, думали ещё. И это — единственный путь к достижению успеха.

Каждую неделю

вы будете получать полезные статьи, анонсы, интервью, презентации, видеоролики, переводы, инфографику и много всего интересного

Всё получилось, рады, что вы с нами