Разные взгляды
на одно событие

Оксана Силантьева,
основатель Silamedia

Название мюзикла «Норд-Ост» стало синонимом трагедии. Для многих людей оно вряд ли уже станет нейтральным названием ветра. В 2002 году я жила в Англии, училась в магистратуре и в дни захвата заложников ночевала в компьютерном классе, собирая вместе максимум информации, что публиковали в интернете журналисты, переключала американские, европейские и российские каналы, сравнивая картинку, тексты, углы подачи. Тема освещения захвата заложников на Дубровке стала темой моей магистерской диссертации.

Мне стало интересно, почему журналисты по-разному описывают то, что они видят и знают; как подбирают слова, структурируют мысли, и формируют картину события те журналисты, которые работают в экстремальной ситуации.

Я взяла всё, что на тот момент было опубликовано по этой теме на сайтах британского BBC (news.bbc.co.uk) и Вести (vesti.ru) — 116 мультимедийных материалов, проанализировала журналистские закадровые и печатные тексты.

Редакторы BBC «наращивали» материалы, дописывая новую информацию в уже существующие тексты: новый материал появлялся, только если менялся информационный повод. Вести публиковали новые материалы, близкие по стилистике сообщениям информационных агентств: как только появлялась новая информация, появлялось новое сообщение. Из-за этой разницы к подходам с российской стороны было опубликовано 92 материала, а со стороны BBC — 24.

Журналисты Вестей старались представлять разные стороны ситуации, но каждый отдельный материал вполне мог быть посвящен только одной точке зрения — чтобы сложить цельную картинку, нужно прочитать несколько публикаций, самостоятельно сложить мозаику. Журналисты BBC за счет дописывания новой информации к «старой» новости создавали в каждом отдельном материале эффект события, рассмотренного с разных сторон — для пользователя каждый материал выглядел более сбалансированным из-за разнообразных мнений и точек обзора.

Во всех изученных материалах я выделила, как журналисты называли тех, кто захватил заложников, самих заложников, тех, кто освобождал заложников, само происшествие. Вот что получилось.

Как журналисты называли заложников

Пятерка слов, которые чаще всего выбирали журналисты для тех, кто был захвачен, в британском и российском варианте практически совпадает. В материалах BBC чаще использовали слова «иностранцы» или «жители (название страны)» — аудитории международного сайта важно показать, люди из каких стран были вовлечены в ситуацию. При этом слово «россияне» или «жители России» по отношению к заложникам использовалось менее чем в 1% случаев (с обеих сторон).

Много внимания в материалах уделяли детям, в репортажах было больше эмоционально окрашенного «пленники». При этом и российские, и британские журналисты избегали слова «жертвы» — это слово встречается в 1% случаев, преимущественно в цитатах. В два раза чаще, чем Вести, BBC акцентировали внимание на женщинах-заложницах. Британские журналисты, говоря о заложниках, чаще использовали единственное число. Российские журналисты чаще говорили о зрителях в театре во множественном числе.

Как журналисты называли тех, кто освобождал заложников

Вещая на разные страны, BBC не ставит своей целью познакомить пользователей с подробностями иерархии российской государственной системы: те, кто освобождает заложников, чаще называются общеупотребительными словами типа «полиция» и «спецслужбы». При этом Вести часто публиковали фразу, которая ни разу не встречалась в текстах BBC — «солдаты спецназа», — тем самым российские журналисты акцентировали внимание именно на конкретных людях в форме, а не на абстрактных названиях спецподразделений.

Общеупотребительные слова использовали журналисты обеих стран, но российские, в отличие от британских, чаще конкретизировали подразделения

Общеупотребительные слова использовали журналисты обеих стран, но российские, в отличие от британских, чаще конкретизировали подразделения

Общеупотребительные слова использовали журналисты обеих стран, но российские, в отличие от британских, чаще конкретизировали подразделения

Стоит отметить приблизительно равную частоту упоминания фамилии президента в контексте освободителя заложников: любое его действие моментально находило отражение в репортажах и российских, и британских журналистов.

Как журналисты называли тех, кто захватил заложников

Журналисты двух информагентств использовали одни и те же слова для описания заложников и сил освободителей, но в именовании тех, кто захватил заложников, всё обстоит иначе. Корреспонденты BBC руководствуются правилами «Producers’ guidelines», которые не позволяли употреблять слово «террористы». Каждый из шести раз, когда это слово всё-таки появилось на страницах news.bbc.co.uk, это были цитаты российских спикеров. Подбирая слова, британские журналисты всячески избегали давать оценку действиям тех, кто захватил заложников. Относительно нейтральные «вооруженные люди» и «захватчики заложников» из британских новостей идут в разрез со словами, которые выбрали российские журналисты — «террористы», «преступники», «бандиты».

Британские репортеры в 4 раза чаще концентрировались на национальности захватчиков заложников — «чеченцы», «чеченский отряд» и так далее. В материалах BBC четко показывается связь репортажей с материалами о «борьбе за независимостть Чечни». Со стороны Вестей акцент сделан исключительно на самом захвате театра.

Российские журналисты чаще употребляли слово «террористы», британские — «повстанцы»

Российские журналисты чаще употребляли слово «террористы», британские — «повстанцы»

Российские журналисты чаще употребляли слово «террористы», британские — «повстанцы»

Британские репортеры в 4 раза чаще концентрировались на национальности захватчиков заложников — «чеченцы», «чеченский отряд» и так далее. В материалах BBC демонстрируется связь репортажей о трагедии с материалами о «борьбе за независимость Чечни». Со стороны Вестей акцент сделан исключительно на самом захвате театра.

Как журналисты называли саму ситуацию

Если посмотреть на то, как журналисты называли сам захват заложников, британские репортеры были более свободны в использовании эмоционально окрашенных слов.

Было несправедливо обойти вниманием заголовки, то чем журналисты и редакторы вовлекали пользователей в материал. Террористы — главные герои 35% заголовков статей Вестей и 22% материалов BBC. В равной степени в заголовках упоминаются представители государства (22 и 17 процентов). Заложники становятся объектом внимания в 44% случаев в материалах BBC и в 27% случаев в публикациях Вестей.

В диссертации я также подробно разобрала структурные части мультимедийных публикаций. Анализ показал, что очень много внимания британские журналисты посвящали контексту — историческому и социальному. Внимание российских журналистов было приковано к двум темам: «ситуация внутри театра» и «представители государства говорят о собственных действиях». Британские редакторы в равной степени уделяли внимание «действиям захватчиков заложников», «действиям властей», «ситуации внутри театра», «мнениям жителей микрорайона, где происходит действие».

В видеофрагментах британская сторона в 4,5 раза чаще, чем российский сайт, показывала действия спецназа, и в 3,8 раза чаще показывала террористов. Редакторы BBC в интервью говорили, что репортеры на местах чаще хотели показать «более кровавую картинку», чем она шла на сайт после редакторской правки. Журналисты Вестей говорили, что крупные планы в  такой трагедии имеют мало смысла — даже общих планов достаточно, чтобы передать атмосферу.

В диссертации меня интересовали как зафиксированные, так и устные этические стандарты, принятые в обеих медиакомпаниях, и процессы распространения этих принципов среди журналистов. Трехсотстраничный этический кодекс BBC доступен на сайте. В 2002-м, когда я писала диссертацию, в Вестях подобного документа не было — журналисты и редакторы ориентировались в освещении «Норд-Оста» «на собственный опыт и понимание ситуации».

Любопытной частью интервью был вопрос выбора приоритета между «правом на жизнь» и «правом на информацию». Во время работы над диссертацией я давала журналистам и редакторам описание кейса, где публикация информации в экстремальных условиях могла угрожать жизни героя материала. И если все российские журналисты быстро и безоговорочно выбрали «право на жизнь», то британские репортеры не были так категоричны: их объяснения были более развернуты и не содержали однозначного ответа.

Разошлись мнения и по поводу подписанной после «Норд-Оста» «Антитеррористической конвенции». Британские редакторы сказали в интервью, что «вряд ли подписали бы такой документ», «недопустимо координировать свою работу в соответствии с потребностями государства». На момент интервью опрошенным российским редакторам и журналистам подписание Конвенции представлялось «позитивным актом».

Конечно же, я исследовала и долю участия пользователей в публикациях на сайтах: BBC уже в 2002 году активно цитировала пользователей сайта, включая их комментарии в статьи, а на интернет-сайте Вестей возможности комментировать нет и сейчас.

Читайте также

Понравился материал? Вы можете поделиться им со своими коллегами и друзьями:

Каждую неделю

вы будете получать полезные статьи, анонсы, интервью, презентации, видеоролики, переводы, инфографику и много всего интересного

Всё получилось, рады, что вы с нами